Интервью со звездой. Татьяна Раевская (INTP) — мастер трансформационных настольных игр, организатор и ведущая клуба настольных игр «Трой» | MyType -

Интервью со звездой. Татьяна Раевская (INTP) — мастер трансформационных настольных игр, организатор и ведущая клуба настольных игр «Трой»

Сегодня наша гостья — Татьяна Раевская, мастер трансформационных настольных игр, организатор и ведущая клуба настольных игр «Трой»

Мы поговорили с Татьяной о том, как проведение игр стало ее собственной личной трансформацией, о ее пути от обычного офисного сотрудника к объединению мастеров трансформационных игр и проведению первого в Москве фестиваля трансформационных игр.

Психотип Татьяны — INTP (аналитик по MBTI).

INTP-типы — это люди с выраженной доминантой мышления и интуиции. Мария Складовская-Кюри, Альберт Эйнштейн и другие — вот люди данного склада. Для Татьяны ее психотип также не был новостью, о своей «бальзаковости» ей было известно и ранее благодаря знакомству с соционикой. Наш диалог начался  с довольно необычного комментария о том, что лично для Татьяны изначально участие и проведение игр — это на самом деле не что иное, как социализация «логиков» (Т).

ЛЕ: Татьяна, мы начнем с необычного комментария. Вы сказали о том,  что для вас игра — это социализация «логиков». Что это означает? Можно ли подробнее?

ТР: Это о том, что мне (как INTP) общение в принципе не очень свойственно. То есть потребность в общении есть, а навыков коммуникации нет. И тогда общение превращается в пытку. Знаете — это как секс. Иногда люди занимаются сексом, а о чём поговорить после секса, не знают. Вот так примерно.

Игра в этом плане очень удобна, ведь в ней задано некое общее взаимодействие. Игра позволяет людям быть вместе: мы сидим рядом, у нас есть какая-то общая задача (и эта задача не является жизненно важной). Наша коммуникация достаточно комфортна — это не какой-то бизнес, где мы что-то делим или делаем правильно-неправильно. И мы в рамках этой игры можем что-то выстраивать: конкурировать, сплачиваться, играть в команде. В ходе такого взаимодействия у меня возникает ощущение общности с другими людьми.

Был такой период в моей жизни, когда дочка была достаточно маленькой и я никуда не могла отлучиться. У меня дома собирались компании, и мы каждую среду играли в преферанс. Это была традиция, мы играли несмотря ни на что. И это был способ коммуницировать. Мы четыре часа были вместе и четыре часа взаимодействовали. Мы могли о чем-то говорить, могли молчать, обсуждать тему карт или какие-то другие вопросы — это был повод, чтобы собраться.

Или еще пример — у меня есть друзья, которые играют в «Что? Где? Когда?». Эта игра— это тоже пространство логиков, их территория. Там собираются достаточно мощные игроки с высоким уровнем интеллекта. И в игре у них есть возможность быть в своей среде, соревноваться — говорить друг с другом, общаться с людьми своего круга. И игра — это прекрасная возможность находиться среди близких по духу людей.

Или еще пример из жизни моих друзей. Мой друг и его жена —  математики. В гости к ним приходит еще одна семья математиков — и все сидят друг напротив друга, не зная, что делать. И тогда игра создает некую базу для взаимодействия.

То есть изначально идея была в том, чтобы объединить таких же, как и я. Именно таких людей, которые не пойдут на дискотеки или в ресторан, чтобы пообщаться (потому что для меня cидеть в ресторане и разговаривать — это скучно).

ЛЕ: Татьяна, у вас целый ряд авторских игр. Меня очень интересует вопрос: как происходит процесс создания игры? Как она придумывается? Как это устроено именно у вас

ТР: Я игры не придумываю. Они ко мне приходят, и это действительно так. Есть люди, которые считают, что игры надо вынашивать долго-долго. Но в моём случае все те игры, которые я сильно долго обдумывала и вынашивала (то есть шли от головы),— на самом деле получились бестолковыми. Они вроде бы есть, а вроде бы и нет. И я в них не хочу играть, и другие мастера не берут их для игры. А те, которые за 15-30 минут пришли и я их записала, оказались очень хороши. Вообще, имея в арсенале 10 авторских игр, нет необходимости ждать cоздания 11-й. На самом деле, более актуально сесть и описать уже имеющиеся. И я сама себе частенько говорю, что стоит заняться именно этим, а не созданием нового. Есть потребность более осознанно реализовывать имеющееся, а мне вместо этого продолжают придумываться новые игры…

ЛЕ: Когда мы говорим о трансформационных играх, этому часто сопутствует некий ореол магии и таинственности. Люди неслучайные приходят, человек нужные ответы получает. Есть какое-то научное объяснение этим феноменам и тому, почему игры работают?

ТР: Я вначале расскажу о том, как я это видела в 2011 году, когда только начинала заниматься играми, а затем о том, как я вижу это сейчас. Разница будет серьёзная.

В 2011 году я была среднестатистическим офисным сотрудником, который добился каких-то определенных высот в своей профессии в рамках своих обязанностей. Я была экономистом в одной из московских компаний. Вдобавок к этому я была ярко выраженной материалисткой, поскольку родилась и воспитывалась в эпоху коммунизма, cоциализма, безбожия. Ни в какую магию и мистику я никогда, разумеется, не верила. Единственное, что у меня было на тот момент, это, помимо экономического образования, еще незаконченное психологическое. И я была знакома с игрой  «Денежный поток» и еще много различных тренингов на тот момент посетила.

С ребятами, c которыми мы посещали тренинги и игру «Денежный поток», мы заметили очень отчетливо, что в игре мы ведем себя с деньгами так же, как и в реальной жизни. К примеру, точно так же упускаем возможность попросить денег или не вкладываемся в какие-то возможности и тому подобное. В игре есть хорошая возможность это всё явственно увидеть. Потому что в реальной жизни если я кому-то что-то сказала или мне кто-то что-то сказал, я в эмоциях, мне больно от таких указаний. А в игре можно всегда сказать — это игра. Расслабься и выдыхай. Мы увидели, как работают механизмы человеческой психики. И так как я в то время много играла в игры, то поняла, что в любой игре — необязательно психологической— человек очень сильно проявляется, и грамотный ведущий может много о человеке рассказать. Другой вопрос, что по результатам игры в преферанс человек не захочет, чтобы вы что-то о нем рассказывали. Это очень похоже в его жизни на то, как вы торгуетесь за прикуп, например. 

И когда у меня, к примеру, как у яркого материалиста появилась в руках такая игра, как  «Лила-чакра», я поняла, что все клеточки, которые там описаны, характеризуют любого человека в большей или меньшей степени. И когда человек играет в «Лилу», он получает случайным образом те клеточки, с которыми ему надо разобраться. В идеале, конечно, нам надо последовательно проживать каждую клеточку — каждое состояние. Но это скучно. Это муторно. Этому конца и края нет. А когда мы приходим на игру и нам говорят, что сейчас мы получим то, что нам нужно, мы включаемся и мы в это верим. И проработать 6 клеток из 64 — это нормально и не так уж сложно. И мистика в том, что любая клетка, на которую попадем,— она про нас, и, проработав любые 6 клеток «Лила-Чакры», мы получим ответ и будем ближе к мечте, потому что станем более осознанны и будем больше о себе понимать.

Дальше — про неслучайный набор группы. Я, как ведущая, вижу, что очень часто собираются очень разнородные группы людей. Но, когда говорится, что все мы здесь неслучайно, начинается осознанный поиск совпадений, и мы их находим, потому что то, что мы ищем, то мы и найдём. У нас у всех есть какие-то точки соприкосновения — их не может не быть. 

И вот на этой волне абсолютного прагматизма — без всякой веры в магию и эзотерику — я вела трансформационные игры первые 2 года. В свое время я собиралась на мехмат поступать и была одной из сильнейших учениц в математическом классе при МГУ. И это определенное мировоззрение — математики не верили в мистику. И я была ярким представителем своей среды.

Но в какой-то момент ко мне начали приходить люди, которые стали рассказывать о своих эзотерических способностях и обращаться ко мне с вопросами, что им с этими способностями делать. Мне это было крайне удивительно, так как я сама-то в это не верю, а они ко мне как к гуру обращаются... Cначала я недоумевала по этому поводу, и сейчас вообще не помню, что отвечала им. Когда это стало повторяться и я видела, что эти люди никуда меня не зовут учиться, а ходят ко мне, я стала задумываться: а, может быть, и правда, в этом есть какая-то мистика. Позже уже и сама в себе много талантов открыла, и начала бывать в разных кругах людей такого плана — они со мной как со своей общались, и это тоже удивляло.

Cейчас, когда я веду игры, я реально вижу душу человека, я вступаю с ней в контакт — я ее вижу не как в кино, а на уровне образов. Вижу, что с человеком происходит. И иногда на играх мне приходит информация и я задаю человеку вопрос. И получается, что я даже не знаю, откуда и почему мне приходит этот вопрос, но попадаю очень четко. 

И если четыре года назад я задавала вопросы в рамках игры, и все они были логически обоснованы, то есть возникало какое-то предположение и я спрашивала, то сейчас  просто изнутри приходят эти вопросы. И иногда я прямо из ниоткуда черпаю вопросы и утверждения, а на меня смотрят удивленными глазами и говорят: «А откуда вы Знаете???» Кто мне подсказывает, я доподлинно не знаю.

Мне до сих пор странно всё это. Я до сих пор боюсь — а не выдумала ли я всё это? Потому что я не скажу, что умею со всем этим обращаться. Поэтому я вместо того, чтобы говорить, как это обычно делают гадалки и эзотерики, очень категорично, преподношу информацию в виде вопроса: «Cкажи мне, пожалуйста, а вот это про тебя?»

Но этот вопрос подразумевает, что я на 90% уверена, что это так, но спрашиваю я потому, что я до сих пор не верю в магию, и мне до сих пор удивительно, откуда пришёл этот вопрос.

Я понимаю, что игра дала мне одно — возможность увидеть это волшебство. Именно благодаря тому, что я веду игру как некое полумистическое взаимодействие, и тому, что люди приходят в состояние Ребенка, то есть состояние готовности играть, открытости и веры. Я вижу, как эффективно работают это состояние и вера в то, что чудо должно произойти. Я никогда и никоим образом не «заряжаю» атрибуты игры — фишечки-камешки и так далее, но люди их уносят как талисманы, и они приносят им удачу.Cрабатывает вера — иногда мне кажется, что чудо происходит только потому, что люди этого хотят. Если мы смотрим на что-то внимательно, то начинаем видеть то, что хотим. Если я хочу увидеть чудеса, значит так и будет. 

Я понимаю, что в этом присутствует некая магия. Но так как я не до конца умею осознанно управлять этим, то для меня это полумистическая история. 

Однако в этом году в моём восприятии игры произошли определенные изменения. В тот момент, когда я приняла решение и начала организовывать фестиваль, во мне самой произошла очень мощная личностная трансформация. Мое видение из психологического стало абсолютно мистическим. То есть я стала видеть эти процессы параллельно. До этого я, признаюсь, их не видела.

ЛЕ: Да... интересно...  у меня как раз был заготовлен вопрос о том, повлияла ли каким-то образом организация фестиваля трансформационных игр на вас лично. Видно, и мне тоже неслучайно пришел этот вопрос...

Почему, на ваш взгляд, людям стоит играть — в трансформационные или другие игры?

ТР: Я игры отношу к способу работы над собой. Мы можем ходить на тренинги — это эффективно, можем заниматься йогой, айкидо и так далее, можем читать книги и сопоставлять с тем, что внутри нас, или cмотреть фильмы. Но смотреть их тоже надо правильно — присоединяться и проживать то же самое, что проживает герой. Можем строить бизнес. Я могу сказать, что именно подготовка фестиваля была самым мощным тренингом в моей жизни. И 2012 год, когда я баллотировалась в муниципальные депутаты, — это был тоже отличный тренинг. Я даже всем говорила: если вы хотите вырасти, идите и баллотируйтесь в депутаты. Потому что любая практическая деятельность, где мы берем ответственность на себя, является отличным тренингом. Главное — дойти до логического конца. И игра — не лучше и не хуже всего перечисленного,  это просто один из методов. Кому что ближе. Cейчас я занимаюсь клубом, и это моя точка роста. Возникают какие-то вопросы, которые мне надо решить. А игра — она краткосрочная. Мы в сжатый отрезок времени проживаем свою жизнь. Доверие возникает быстро — не так, как в терапии. И поэтому участники больше черпают из игры, чем из какой-либо лекции.Еще мы оказываемся в состоянии ребёнка — ведущий взаимодействует с внутренним ребёнком человека. А внутренний ребёнок — это очень благодарный собеседник, потому что если меняется внутренний ребёнок, то очень многое в человеке меняется. И игра в этом плане очень эффективна. Но опять же не лучше, чем что-то другое. Я не говорю — перестаньте читать и вместо этого играйте в игры. Нет.

В игру стоит играть тому, у кого нет любимого метода саморазвития. Если он у вас есть и он работает, то им и стоит пользоваться,  а на игру, может, и не стоит даже приходить. Но когда привычный метод перестает работать или удовлетворять вас, можно попробовать и игру. Но тоже — только если чувствуете положительный результат. Если же нет, меняйте игру или ведущего или, в принципе, это не ваш метод. 

Я не говорю, что игра — универсальный метод, я не призываю всех играть, здесь важно слушать свой внутренний голос. Но, возможно, я просто не верю в существование универсального пути, подходящего каждому. У каждого своя дорога, лично я выбираю дорогу игры.

 

Тэги блога: 

 

Читайте человека как книгу - читайте MyType

<<< Оформить подписку и получить выпуск >>>